Фондовые рынки Украины и Грузии в нынешнем году продемонстрировали впечатляющий рост: индекс Украинской биржи с начала года прибавил свыше 55%, индекс Грузинской фондовой биржи — почти 40%. Об особенностях и перспективах фондовых рынков двух стран «Эксперту» рассказал Ник Пиацца, генеральный директор инвестиционной компании BG Capital.

— Если сравнивать рынки ценных бумаг Грузии и Украины, то где сегодня более привлекательные условия для работы?

— В Грузии такие условия для портфельных инвесторов, о которых в Украине пока можно только мечтать. Например, граждане Грузии имеют право покупать ценные бумаги в любой стране, в частности, на Лондонской, Варшавской, Нью-Йоркской биржах. При этом их прибыль от вложений в иностранные ценные бумаги налогами не облагается. Наши грузинские клиенты активно торгуют на иностранных площадках. А украинские инвесторы могут приобретать только местные ценные бумаги.

С другой стороны, размер имеет значение. Во всей Грузии проживает примерно четыре миллиона человек — столько же, сколько в одном Киеве, а украинский фондовый рынок в десятки раз больше грузинского.

Украинское законодательство в части инвестиций — особенно портфельных — очень сложное и непонятное для иностранцев. Чтобы инвестировать в здешние активы, моему условному соотечественнику необходимо перечислить деньги из Америки в Украину. Для открытия банковского счета он должен подготовить множество бумаг, на что в среднем уйдет один-два месяца. Потом ему надо самостоятельно конвертировать валюту в гривню. Наконец, инвестор покупает акции, ждет, пока те вырастут в цене, допустим, на 30 процентов, и хочет зафиксировать прибыль и вернуть средства обратно в США. На данном этапе его ждет очередная ловушка: он обязан детально показать, каким образом заработал эти деньги, снова собрать множество документов, выстоять в очередях в различных инстанциях или ускорить дело с помощью взяток и так далее.

При этом украинские ценные бумаги, поверьте на слово, по-прежнему интересны иностранцам.

— То есть нынешнее законодательство тормозит приток иностранных инвестиций в Украину?

— Мягко говоря, сильно тормозит. Вот показательный пример с нашим партнером Goldman Sachs — одним из крупнейших инвестбанков в мире. В свое время мы открывали с ним линию для торговых операций. Тогда банк прислал нам для заполнения всего один документ. Мы же, чинно соблюдая требования украинского законодательства, должны были потребовать от него огромный перечень бумаг. Среди них даже были нотариально заверенные копии паспортов руководства финучреждения.

Конечно, в таких условиях резоннее проводить все сделки с банком через наше грузинское отделение. Ведь в Грузии всё гораздо проще. У меня там открыт счет в долларах, через который я могу покупать и продавать любые бумаги. Я звоню своему банкиру, говорю, что завтра мои деньги должны быть в Киеве или Чикаго, и он берет на себя все заботы. Никакой бумажной волокиты.

— Можно ли говорить о том, что фондовый рынок Украины уже вышел из кризиса?

— Да, кризис прошел, но не бесследно. Существенно изменилась структура рынка. До кризиса 80 процентов объема локального рынка делали иностранцы и 20 процентов украинцы, сейчас ситуация противоположная. Активность нерезидентов на локальних биржах невысока: рынок по-прежнему крайне волатильный, падает глубже других на плохих новостях, хотя так же быстро и восстанавливается. На всех этих взлетах-падениях успевают сыграть локальные торговцы, но не крупные иностранные фонды.

— А к каким активам проявляют интерес нерезиденты?

— Фонды предпочитают тихую гавань — бумаги украинских компаний, торгующихся за рубежом. Рынки там стабильнее, эмитенты — прозрачнее, а доходность инвестиций не уступает украинской: с начала года акции агропромышленного холдинга «Астарта» выросли в цене вдвое, акции компании «Мироновский хлебопродукт» — на 65 процентов, рост бумаг агропроизводителей Kernel и Sintal Agriculture также превысил 50 процентов.

— Тем не менее украинский рынок акций увеличился с начала года более чем на 50 процентов, в том числе благодаря притоку средств нерезидентов…

— Коротко картину 2010-го можно описать так. В начале года на фондовом рынке был приток интернет-трейдеров: население забирало свои деньги из банков и вкладывало их в инструменты фондового рынка. Тогда иностранных инвесторов на рынке почти не было, и украинские трейдеры могли двигать его с помощью маленьких объемов. В результате к марту рынок вырос примерно на 30 процентов.

Иностранцы, заметив этот рост, пошли в Украину. Помню, после того как два западных инвестфонда вложили в акции около 20 миллионов долларов, рынок прибавил примерно 70 процентов. Однако в мае в связи с началом долгового кризиса в Европе иностранцы начали массово выходить из украинских бумаг. Так, за три недели украинский рынок упал почти на 40 процентов, потом до осени пребывал в состоянии анабиоза и только в последние месяцы наверстывает потерянное. Вот такие фондовые качели.

— В 2010 году украинские компании агропромышленного сектора провели несколько IPO и SPO на зарубежных площадках. Чем вызван успех данных размещений? Кто и почему покупает эти акции?

— Тема грядущего продовольственного кризиса набирает обороты, что делает инвестиции в агросектор более чем привлекательными. При этом Украина позиционирует себя как крупнейший игрок на мировом аграрном рынке. Внутреннее потребление продукции сектора в стране растет, экспортные позиции также укрепляются. Неудивительно, что акции украинских агрокомпаний интересны многим: и пенсионным фондам, и хедж-фондам, и частным инвесторам.

— Какие украинские компании в ближайшее время будут размещать акции на международных площадках? 

— Безусловно, наиболее интересными будут оставаться агросектор и пищевая промышленность, однако возрастет интерес и к другим секторам, в частности, к ресурсным компаниям. Об интересе к последним знаем не понаслышке. На днях мы успешно завершили IPO украинской шахты Sadovaya Group на Варшавской фондовой бирже. Она стала первой публичной угольной компанией в Украине, представленной на международном рынке. Причем размещение проходило в период очередной сильной встряски фондовых рынков, инвесторы боялись рисковать, но оценили этот актив по достоинству.

— А грузинские компании планируют осуществлять публичные размещения в 2011 году? Если да, то на каких площадках?

— Думаю, следующий год станет прорывным для грузинского фондового рынка. Мы плотно работаем с корпоративным сектором Грузии, видим перспективные истории, адекватный менеджмент, грамотные стратегии развития и находим встречный интерес у иностранных инвесторов к этим проектам. Грузинские угольные, телекоммуникационные компании, а также предприятия гидроэнергетики — первые претенденты на выход на международные рынки акционерного и долгового капитала в ближайшие два-три года.

— Четыре года назад Банк Грузии, акционер вашей компании, провел первичное публичное размещение акций в Лондоне. Что это ему дало? Помогло ли пережить кризис?

— Банк Грузии стал второй компанией из СНГ после казахского банка, которая провела размещение на основной площадке Лондонской биржи. Размещение прошло успешно — акции были проданы по 18 долларов, что подразумевало капитализацию фининститута на уровне 440 миллионов долларов. Уже через полгода после размещения цена акций достигала 44 долларов. Безусловно, финансовый кризис и военный конфликт с Россией негативно отразились на котировках акций, но доверие инвесторов быстро восстановилось — сейчас капитализация банка превышает 526 миллионов долларов.

IPO дало финучреждению несколько преимуществ. Во-первых, оно получило дополнительный акционерный капитал, что позволило ему динамично развиваться. Во-вторых, IPO и прозрачность банка обеспечили доверие международных финансовых организаций, которые только в четвертом квартале 2010-го предоставили фининституту ресурсов на 150 миллионов долларов. В следующем году эти ресурсы будут направлены на кредитование экономики.

— В мае нынешнего года компания BG Capital завершила сделку по приобретению крупнейшей брокерской компании в Западной Грузии DBL Capital. Что вы от этого выиграли?

— Увеличилась наша доля рынка. До этого приобретения за нами было около 80 процентов рынка, после — примерно девяносто.

— Намерена ли компания приобрести какие-либо активы в Украине?

— Мы думаем о выходе в сегмент интернет-трейдинга. Пока он только зарождается, но это перспективный сегмент. Потенциал у рынка высокий — пользователями онлайн-торговли со временем могут стать два-три процента жителей страны. Сегодня трейдеров около десяти тысяч человек. Посмотрим, какими темпами рынок станет развиваться дальше. Продавцов достаточно, и при желании можно будет быстро войти в рынок за счет покупки самостоятельного онлайн-брокера с работающим бизнесом.